Мокона Модоки
そう... 我こそが S.H.I.D.A.
Автор: Мокона Модоки, то бишь я
Название: Горун Нова
Рейтинг: не знаю... PG, наверное
Пейринги: конечно же, Зелгадис/Амелия ^_^ плюс малозначимые Лина/Гаури, Зелос/Филия и (!!!) Сильфиль/Вальгаав
Жанр: Экшн, Романтика, иногда Юмор
Дисклеймер: не совсем точно переданы характеры, много спойлеров, требуется примерное знание всех трёх сезонов Рубак
Благодарности: Ня-тян, помогшая при разработке "конфузных" ситуаций, одноклассница, попросившая её не называть, написавшая стихотворение во второй главе и всем моим первым читателям дававшим поддержку и силы подолжать

Ссылка: www.proza.ru/texts/2008/04/20/496.html

Глава 1. Сумасшедший день, или Рубаки снова вместе.

Лил проливной дождь, а вокруг, как назло, не было ни единого дерева, куста, камня... да чего угодно, лишь бы скрыться от этих треклятых холодных капель! Амелия поёжилась и в очередной раз укорила себя за глупость при подготовке к странствию.
Уже начало смеркаться, и юная принцесса, вконец измотавшись, буквально рухнула в высокую траву, свернулась в клубок и закуталась в вымокший до нитки плащ.
Вот уже неделя прошла с тех пор, как она сбежала из дворца. Девушку окончательно доконала жизнь там. Её всё ещё не принимали всерьёз, хотя ей было уже семнадцать, и она уже даже успела спасти мир от гибели. А последней каплей стал переход её обязанностей какому-то другому принцу, её дальнему родственнику, который вернулся в Сейрун после долгой отлучки.
Даже отец не понимал, что она за эти четыре года успела вырасти, повзрослеть, измениться, многое понять и даже... влюбиться?
«Да, но вот только не в того, в кого надо, — грустно подумала Амелия, глядя на запястье, где раньше была розовая ленточка с синем камнем, — Интересно, а где он сейчас? Наверняка в какой-нибудь тихой деревушке, сидит в таверне и пьёт кофе, размышляя, где ближайший запечатанный храм, в котором он ещё не побывал. Либо и вовсе вернул себе человеческий облик и...»
Додумать эту мысль принцесса не успела: провалилась в сон. Всё же она чудовищно устала за последние дни. Амелия даже подумывала о возвращении, но всё время развевала сомнения, как только начинала планировать оправдательную речь, и шла дальше.

Утро выдалось не менее пасмурным, чем предыдущие день, вечер и ночь. И таким же паршивым, как и было, осталось настроение Амелии. Ко всему прочему, она простудилась, а потому каждая мышечная клетка ныла и отказывалась работать. С трудом переставляя ноги и одной рукой держа голову, которая была готова не просто расколоться, а разлететься вдребезги, сейрунская принцесса тащилась по дороге, поминая самыми нелестными выражениями Шабронигдо, Фибриццо, Даркстара и других повелителей тьмы, а так же всех тех, кто не додумался придумать заклинание от простуды.
По расчётам Амелии, она на тот момент была где-то в трёх с половиной часах ходьбы от ближайшей деревни и где-то в двух — от леса. А до тех пор на хорошее настроение можно было даже не рассчитывать.
Однако, как ни странно, она увидела зелёные массивы уже через полчаса и примерно через столько же времени вошла под защиту пушистых сосновых лап. И почти сразу же тоска принцессы развеялась, как будто её никогда и не было. Взору человеческому снова предстала та Амелия, которую все знали: оптимистичная и весёлая девчонка со сдвигом на справедливости и геройстве.
И вроде бы всё должно было пройти спокойно и цивилизованно, однако...

Зелгадис Грейвордс с удивлением отметил, что лес, сквозь который он проходил всего пять дней назад, стал занимать больше площади, но не придал этому значения. Так или иначе, настроение, несмотря на очередной провал в поисках возврата его нормального облика, у химеры было великолепно, чему немало способствовала погода. Запахнувшись в свой излюбленный светлый плащ и натянув капюшон и маску, шаман брёл по тенистым аллеям. Тут он осознал, что идёт по дороге, ведущей в Сейрун.
«Надо бы зайти, проведать Амелию», — с некоторой, неожиданной даже для себя самого, нежностью отметил маг. И поймал себя на мысли, что безумно соскучился по этой несносной девчонке.
Увлёкшись мыслями, он и не заметил, как его окружили местные разбойники. В общем-то, исходя из опыта предыдущих лет, ситуация получилась вполне стандартная. Уж кто не пытался ограбить странствующего мечника! И никто из них так и не добрался до кошелька своей «жертвы». Вот и сейчас, стоило одному из бандитов — узкоплечему мужичку лет сорока с короткими волосами торчком — выйти навстречу Зелгадису, под маской промелькнуло какое-то странное выражение каменного лица: здесь были одновременно и усталость от этого однообразия, и скука, и кровожадная ухмылка, и сочувственная улыбка. Словом, целый набор несовместимых эмоций.
«Ну вот, опять. Кажется, это уже четвёртый подобный случай за последние две недели. Сейчас этот субъект ухмыльнётся и скажет: «Кошелёк или жизнь?»»
— Кошелёк или жизнь и кошелёк? — нагло ухмыляясь, спросил бандюга.
«Почти угадал», — подумал маг, молча доставая меч из ножен. И химера собрался уж было выкрикнуть заветное заклинание, Astral Vine, как у него над головой раздался до боли знакомый звонкий голос:
— Да как ты посмел напасть на беззащитного путника?! Только самый последний пога... по..., — Амелия, как всегда, была в своём репертуаре. Заинтригованные разбойники даже показались из своих убежищ и с удивлением разглядывали девушку, стоящую на одной из самых высоких веток ближайшей сосны.
Почти сразу причина заминки, портящей всё впечатление, проявила себя: принцесса чихнула.
Ах, если бы это было самое обыкновенное чихание... Но нет! Не забываем, что Амелия стояла на ветви, то есть и без того неустойчивой опоре. Как и следовало ожидать, принцесса потеряла равновесие и ласточкой полетела вниз. Своим приземлением (весьма неудачным, надо признать) она сшибла Зелгадиса с ног (капюшон и маска тоже полетели к чертям), а сама о него же пребольно ударилась. Одно хорошо: бандит, всвязи с чрезмерно близким расстоянием до АОСС (Амелия Опять Сбила Своего) тоже упал в грязь.
— Амелия?! Что ты здесь делаешь? — завопил химера.
— Господин Зелгадис? Ой! Простите! Я опять всё испортила..., — изумлённая и побитая Амелия отвечать на вопрос явно не спешила.
— Конечно, я, Шабронигдо раздери! — несколько раздражённо ответил шаман, поднимаясь на ноги и помогая заодно Амелии.
А разбойники тем временем поспешили ретироваться, на бегу крича «Монстр!». Однако, как говорится, из огня, да в полымя.
Не успели они отбежать и на пару сотен метров, как лес озарила ярчайшая вспышка. То есть, бывший лес.
— Ничего себе денёчек! — едва не хныча, простонала Амелия, оглядывая обугленные пеньки. Благо, до неё и химеры действие заклятия, как ни странно, не доползло.
А на противоположном конце образовавшейся чёрной воронки бесновалась... угадайте, кто?
— Я?! Нет, это я монстр?
— Лина, успокойся! — пытался остановить волшебницу Гаури.
— Только если они действительно убегали от монстра!!! Гаури, отстань, Шабронигдо тебя раздери!
Зелгадис поник. Ещё минуту назад он был уверен, что будет неимоверно рад встрече с компанией Рубак. А Амелия тем временем уже бежала навстречу Лине и сопровождающему её мечнику, вопя во всю глотку:
— Госпожа Лина! Господин Гаури! Как же я рада вас видеть!
— Амелия? — искренне удивилась ДажеДра. Обычно именно она находила Амелию, а не наоборот. И что это принцесса одна делает в лесу, да ещё и продрогшая до мозга костей? Или не одна? — Зел? И ты тут?
Похоже, очередную случайную встречу всех Рубак в одном месте и в одно время можно было считать открытой. Почти. То есть, она ещё не завершилась.
— Зелос! Мусор! Убью! — над остатками леса пронеслось золотое нечто с розовым бантом на хвосте, которое в перерывах между словами «швырялось» лазерным дыханием. А где-то неподалёку кружил ещё один дракон, на этот раз принадлежащий к Древним. При том на могучей спине он явно кого-то нёс.
Те же, что стояли внизу, с интересом смотрели на воздушную баталию, время от времени присвистывая.
— Н-да, жизнь прекрасна, — одновременно выдохнули Амелия и Зелгадис, когда свирепая золотая драконша прожгла в метре от компании глубокую борозду.
— Ни фига! — сразу же последовал ответ у них из-за спины. Впрочем, Зелос тут же снова исчез, а мгновение спустя на том месте, где он только что стоял, появилась обугленная яма. И, кажется, разъярённая Филия только сейчас заметила компанию под ней. Впрочем, она тут же успокоилась, приземлилась неподалёку и даже превратилась в человека. Зелос, честь ему и хвала за это, предпочёл не нарываться и куда-то смыться (на очень короткий срок, как оказалось).
— О! Привет, ребята! Давно не виделись! — мило улыбаясь, Филия подошла к друзьям.
— И по этому поводу ты решила нас всех спалить? — хором спросили «ребята».
— Лина, мне кажется, или мы её где-то видели? — шепнул на ухо Бандитоубийце Гаури. Все четверо его... гм... спутников от такого вопроса упали. Лина вскочила быстрее всех:
— Гаури!!! Медузьи мозги!!! Конечно, видели! И сражались вместе! Она с Даркстаром нам очень помогла!
— Даркстаром?
— Проехали, безнадёжный ты наш, — убито ответила Лина, а затем обратилась к Филии, — И что же вы с Зелосом на этот раз не поделили? И какого вы вообще оказались в одном и том же месте, в одно и тоже время?
Тут-то Зелос и появился. Как раз рядом с драконшей. Что-то насторожило Зелгадиса и Амелию в этой картине. Правда, они не сразу поняли, что.
— Это секрет! — хором выпалили монстр и Филия. И тут что-то щёлкнуло в головах химеры и принцессы. Двое последних переглянулись и Амелия нерешительно начала:
— Э... Зелос, Филия... А почему...
— ...у вас одинаковые кольца на безымянных пальцах? — закончил за неё Зелгадис.
Филия покраснела, Зелос изобразил свою любимую загадочную улыбку и одними губами произнёс «Э-то сек-рет!».
Лина уставилась на кольца, действительно, как баран на новые ворота. Гаури... А что, Гаури? Просто почесал в затылке и непонимающим взглядом обвёл всех присутствующих.
По такой реакции Амелия поняла, что всё это может значить только одно: в ряды Металлиумов затесался ещё и последний золотой дракон...
Зелгадис надеялся, что большего потрясения (по крайней мере, за сегодня) он не испытает. Как же сильно он ошибался!

Глава 2. Начало заговора.

— ЧТО?! — возопила Лина, когда Рубаки разбили лагерь и собрались вокруг костра. Стоит отметить, к ним присоединились ещё и Вальгаав с Сильфиль, — А вы-то когда успели?!
Волшебница (да, чего уж там, Амелия, Зелгадис и даже Гаури (!) тоже) была крайне удивлена.
— Не ве-рю! — дробя слова на слоги пролепетала Амелия. Она повторяла это уже незнамо, в какой раз. Зелгадис же, вызвав у всех мысленную бурю оваций, приобнял принцессу, в надежде вернуть оною в нормальное состояние.
«Похоже, такие нежданные вести бывают полезны», — довольно подумали все, глядя на эту «сладкую парочку». Однако общего изумления даже такое обстоятельство не смущало.
А всё дело было в том, что с появлением Сильфиль и Вальгаава было замечено ещё два обручальных кольца. А так как сам Древний дракон «вылупился» всего полгода назад, такое событие показалось Рубакам крайне удивительным.
— А почему вы, в таком случае, не позвали на свадьбу нас? И не говори, что у нас нет постоянного места жительства! Вы могли пригласить Амелию, она вечно в своём дворце! А она со своими связями...
— Уж кто бы говорил, а, госпожа Габриева? — оборвал её Зелос. Наступила тишина. Даже Амелия замолчала и уставилась на Лину, взглядом спрашивая «Почему Габриева?». Лина мгновенно побелела и только открывала и закрывала рот. Только через минуту она смогла промямлить:
— Как ты узнал? Я же... Мы же... У нас же... Кольца даже нет!
Монстр усмехнулся:
— Это секрет!
И тут Зелгадис вспылил:
—Всё! Хватит! Надоело! — химера резко поднялся на ноги и зашагал прочь. Амелия, не проронив ни слова, убежала вслед за ним. Успокаивать, вероятно.
Те, кто остались в лагере, проводили их взглядом. Спустя минуту вот такого молчания, Лина изрекла:
— Непорядочек!
— Почему это? — удивились остальные.
— Все Рубаки женились или, соответственно, вышли замуж. А Амелия и Зелгадис — нет. Хотя вы же видите, что наша принцесса просто без ума от Зела! Да и он тоже... Вот только я сомневаюсь, что ему хватит решительности во всём признаться. Значит, надо ему помочь! Как считаете?
Все дружно закивали. Но вот идей по тому, как свести влюблённых не нашлось ни у кого. После долгих раздумий голос, наконец, подала Филия:
— Нет, так просто ничего не выйдет. Надо как-нибудь так устроить, что бы они побольше оставались наедине. И не могли разойтись.
— Ну, это и не ахти как сложно! — ответил на это предложение Вальгаав, — Нужно только устроить «охоту» на какую-нибудь реликвию или что-нибудь в этом роде. Зелос, это по твоей части!
Зелос задумался. С тех пор, как он женился на Филии, характер монстра изменился в положительную сторону. Кроме того, негативными эмоциями он был сыт по горло («Ах, Филия, ты лучшая!»), поэтому он вполне мог себе позволить помочь. Он ещё немного подумал и сказал:
— В принципе, тут на днях пробежал слушок, что в один из храмов к югу отсюда появился меч Света. Видимо, наш старый приятель по каким-то причинам решил его вернуть.
— Правда? — удивились все, кроме Гаури, который, кажется, задремал.
— Честно говоря, нет. То есть меч Света действительно вернулся, но монстры уже его перехватили и передали госпоже Зелас на хранение, я потому и знаю всё это. Но мне ничего не стоит перенести его в храм, а госпожа Зелас, если я её очень попрошу, согласится его посторожить, пока мы будем добираться. Хотя нет, лучше госпожа Лина попросит об этой услуге свою сестру. Вы же помирились, насколько я помню? К тому же, в этом храме Зелгадис ещё не был, поэтому, думаю, с радостью пойдёт с нами.
На том и порешили. Зелос переместил Лину к рыцарю Цефеида, после недолгой перепалки та согласилась послать на охрану меча кого-то из знакомых.

Зелгадис смотрел на луну и жалел, что не прихватил гитару с того корабля-«призрака». Амелия в нерешительности стояла где-то сзади, так что Зел её не видел и думал, что он один. Собственно, поэтому-то он и замурлыкал себе под нос какую-то песенку о... как ни странно, о любви. Она в своё время была услышана мечником в одном из трактиров и с тех пор запала в душу.

Я волк-одиночка, в боях закалённый,
Я жаждал лишь мести заклятым врагам,
Всегда чудаком мне казался влюблённый,
Но вдруг, как ни странно, влюбился и сам...
Кто знал, что так будет?
Что дальше, кто знает?
Судьба нас на крыльях так быстро несёт.
И, может быть, завтра мы бой проиграем,
Зато послезавтра в любви повезёт.
Наши пути, словно шпаги, скрестились,
Валькирии взгляд без промаха бьёт.
Острые стрелы мне в сердце вонзились,
Твой голос покоя мне не даёт.
Нет роз без шипов, это всем нам известно,
Но мне теперь вовсе судьба не страшна
И, как всегда, буду биться я честно,
И где угодно найду я тебя.
Любовь — это битва рассудка и сердца,
Безумная схватка, шальная игра.
И, если в неё хорошенько вглядеться,
То мало она нам приносит добра.
Любовь как война, там и боль, и страданья,
Порою она не щадит никого.
Как крепости, трудно даются признанья,
Но радость победы превыше всего
Наши пути, словно шпаги, скрестились,
Валькирии взгляд без промаха бьёт.
Острые стрелы мне в сердце вонзились,
Твой голос покоя мне не даёт.
Нет роз без шипов, это всем нам известно,
Но мне теперь вовсе судьба не страшна
И, как всегда, буду биться я честно,
И где угодно найду я тебя.

Естественно, Амелия услышала эту песню, а благодаря чуткому слуху даже разобрала слова. Как только последняя строчка была допета, принцесса негромко захлопала в ладоши. Химера вздрогнул и обернулся.
«Блин! Такая большая компания! Почему же песню услышала именно она?» — подумал шаман, но вслух ничего не сказал, но зато щёки Зела покраснели, и он машинально упёр взгляд в землю. Хотя, хоть он и не признавался в этом даже самому себе, мечник явно был доволен таким ходом событий.
А принцесса подошла и присела рядом. Зел в недоумении посмотрел на неё, но девушка любовалась звёздами (на самом деле умело притворялась, что любуется ими, а не парнем). Зелгадис еле заметно улыбнулся и тоже стал смотреть на светила и луну.
«Зря не прихватил гитару», — во второй раз подумал он, когда искоса глянул на Амелию, которая прикрыла веки. Увидев, что угрозы встречи взглядом нет, Зел стал откровенно любоваться лицом принцессы.
Она не очень сильно изменилась с тех пор, как они виделись в последний раз. Стала чуточку взрослее, капельку серьёзней... Но всё такой же доброй, наивной, заносчивой и романтичной мечтательницей, которую он... полюбил. Вот только вряд ли он сможет когда-нибудь ей в этом признаться. И к тому же, она ведь принцесса! Возможно — будущая наследница трона. А он химера. И Амелия может говорить всё что угодно насчёт того, что ей плевать на его внешность, но он от этого человеком не станет. Не каждому дано такое же сердце, как этой бесшабашной девчонке! Зел знал, что Амелия должна быть счастлива, а этого он со своим обликом, мягко говоря, обещать не мог.
«Эх! Если бы она могла всегда со мной путешествовать! Пожалуй, это было бы счастьем. Стоп! Я же так и не узнал, что она делает в лесу? Без сопровождения, без охраны... Без бумажных посланий, она ведь промокла насквозь... Чтоб Фибриццо удавился, и будить её жалко...»
Однако шаман всё же коснулся плеча принцессы. Та распахнула глаза и непонимающе уставилась на Зела.
— Прости, если разбудил. Слушай, а я ведь так и не узнал: что ты делала одна в лесу?
— Я сбежала их Сейруна, — тихо ответила она.
— То есть... совсем? — оторопел от такого ответа Зелгадис.
— Совсем, — кивнула принцесса, — Правда, на подушке оставила записку, чтобы меня не искали. Я же не смогу исчезнуть так же, как Грация когда-то?
Принцесса улыбнулась. А Зел просто ошалело смотрел на Амелию. Сейчас ему ужасно хотелось обнять принцессу и расцеловать, но, понятное дело, намерений своих он никак не показал и не исполнил. Правда, неизвестно, сколько бы он так продержался, если бы их не окликнули.

— Э... Зел, Амелия! Тут такое дело, — невинно улыбаясь, проворковала Лина. Такое начало ни принцессе, ни химере не понравилось, — Пролетел слушок, что меч Света вернулся в наш мир! И вот, мы тут надумали за ним сходить... Вы с нами?
Вопрос прозвучал кровожадно. Мол, если не с нами, то против нас, а если против нас, то вы сами напросились. Зелгадис, впрочем, без особой охоты ответил:
— В общем-то, мне искать надо...
— Ох-ох-ох! — перебила его бывшая Инверс, — Ладно, я предвидела, что ты начнёшь отказываться. Но, предупреждаю сразу: он в храме. Заброшенном. И запечатанном. И развалившемся. Немного, но всё же за руины сойдёт.
Живой интерес вспыхнул в глазах химеры. Остальные сочли это за согласие. Амелия вообще никакого сопротивления не оказала, а просто кивнула.
— Ну, раз так, то сегодня останемся тут, а завтра уйдём на юг! — торжественно подвела черту Лина, — Думаю, сразу же распределяем дежурство по костру и вообще! Нас много, до рассвета близко... Хотя, неважно! Так! Первыми будем дежурить я и Гаури. Так что сегодня мы отсыпаемся. Вторыми — Филия и...
— ... Зелос, конечно же, — дополнила за неё Филия, — Это очевидно!
— Н-да, громкая парочка... Ну ладно! Далее — Сильфиль и Вальгаав.
Те кивнули.
— И, наконец, — Лина сделала театральную паузу, — Зел и Амелия.
— Чего?! — хором спросили они.
— Что слышали. А что, у вас есть другие мысли на этот счёт?
Мыслей не оказалось.

Глава 3. Попытка номер 1 — крах.

До рассвета оставалось где-то два часа, когда сонная Амелия начала тормошить Зелгадиса. Тот нехотя открыл глаза, но, увидев лицо принцессы, мгновенно «протрезвел» и вскочил на ноги. Он уж было спросил, в чём дело, но вовремя вспомнил, что надо идти дежурить.
За ночь дождь прекратился, а потому им, в отличие от остальных дежурных не пришлось следить за тем, чтобы костёр не затушила вода.
Зато заметно похолодало. Так, например, если на «начало» ночи путники просто растянулись на плащах, постеленных на траве, то сейчас почти все съёжились и старались пристроиться поближе к супругам.
Дрова остались ещё с предыдущего дежурства, а потому нужно было лишь время от времени подкидывать их в костёр. Этим-то и занялся Зел, в то время как Амелия забралась повыше (как всегда...) и наблюдала за пространством вокруг лагеря.
Но не прошло и минуты, как принцесса едва не разбилась. И разбилась бы, не будь она закалённой на падения с больших высот.
Подниматься девушка не спешила. Её била дрожь, да и вообще выглядела она крайне подавленно.
— Что случилось? — поинтересовался химера.
Амелия попыталась что-то сказать, но дар речи определённо оставил девушку. Таким образом, она просто взяла ничего не понимающего Зела за руку и потащила в сторону места вчерашних событий.
Реакция химеры была почти такой же, как у Амелии, разве что он не упал.
Пепелища не было. Ни обугленных пней, ни тлеющего мха, ни почерневшей земли, ни сажи. Обычный зелёный лес.
— Н-но ведь вчера по этому месту пальнули Драгус Слэйвом! А потом ещё и лазерное дыхание Филии, — кое-как выдавил маг через пять минут.
Так или иначе, когда остальные Рубаки продрали глаза, перед ними предстали две дискутирующие фигуры.
— Хм, неплохо для первой попытки, — пробормотала Лина, довольно потирая руки, — Так, ребята! Я, конечно, всё понимаю, но нам пора! Тропинка, которую мы вчера прожгл... протоптали, зовёт!
— Там всё лесом заросло, — продолжая слушать Амелию, заметил Зел.
— Чего? — удивились все и кинулись в сторону места вчерашнего «побоища». И, естественно, нашли там только нетронутую чащу.
— Ни фига ж себе! — тихо присвистнул Зелос. По такому случаю монстр даже соизволил открыть глаза, — Знаете что, а пойдёмте-ка отсюда, пока не поздно!
И растворился. Филия, конечно же, вспылила.
— Зелос!!! Какого, Шабронигдо тебя раздери?! — появился хвост, — Чтоб тебя Зелас поймала и оттаскала за уши!
— Спасибо, Филия, ты чудо! Но Зелас — это всё же перебор, — промурлыкал сытый, а потому довольный Зелос с одной из ветвей.
— Зелос Металлиум! — гневно прошипела драконша, — Вы опять злоупотребляете моей к вам любовью! Не прощу! На твой следующий день рождения опять приглашу Зелас!
Филия мгновенно превратилась в дракона и полетела на таран.
Монстр улыбнулся (и не только от обилия негативных эмоций), однако от перспективы снова отмечать праздник с хозяйкой его передёрнуло.
«Любовь, конечно, многогранна и всё такое, но чтобы до такой степени?», — невольно подумал Вальгаав, глядя на то, как лес снова беспощадно уничтожают. Впрочем, не он один так посчитал.

— Так это был следственный эксперимент? — взвыла Лина, когда Зелос вернул Филию в исходное состояние, — Да из-за тебя нас опять чуть не спалило!
Зрелище, которое представлял некогда зелёный лес, вызывало искреннее сожаление. Теперь сама земля сгорела дотла, а в воздухе летал белый пепел. Исключение составлял лишь маленький зелёный клочок, на котором стояли друзья во время стихийного бедствия по имени Филия. Все, обладающие магическими силами, недоумевали, как у них получилось удержать защитный барьер.
Где-то сбоку Вальгаав тормошил Сильфиль, потерявшую сознание и рылся в поисках валерьянки.
— Да, но только не говорите, что он был проведён зря, — подмигнул таинственный священник, — Гляньте-ка на траву.
И действительно, трава уже начала расползаться от островка в разные стороны, деревья стали пробиваться на месте прежних, заполняя собой пространство вокруг.
Словом, было такое ощущение, что где-то стоит кто-то и колдует Recovery.

Таверна попалась на редкость вшивая. Доски на полу расшатались, а потому в них было много щелей. И понятное дело, все они прекрасно продувались.
Кроме того, хоть город был не из маленьких, начинался сезон отдыха, а потому все другие заведения были и вовсе переполнены. Путникам насилу удалось выбить себе последний свободный номер. Свалив все сумки в одну кучу, рубаки стали разбирать тюфяки: как-никак, в номере была всего одна кровать. Право спать на ней, естественно, досталось Лине. Гаури, ясное дело, устроился возле этой самой кровати.
Вообще, удивительно, как компания сумела разместить все матрасы на полу. Зел и Амелия, к великому разочарованию остальных оказались по разные стороны комнатушки. Кстати, принцесса почти сразу унеслась в баню, надеясь, что ещё есть шанс не заболеть окончательно.
Убегая, она, конечно же, хлопнула дверью, от чего та весьма подозрительно затрещала, а замок очень нехорошо скрипнул.
Дальше всё развивалось по стандартному сценарию: Зелос, в целях экономии времени, переместился на улицу. Раздражённая из-за этого Филия тоже побежала вниз. Дверью снова хлопнули. Однако на этот раз замок просто… выпал. Лина задумчиво посмотрела на бесполезную железяку и «вежливо попросила» Сильфиль отнести сломанный механизм вниз. А потом грозно посмотрела на химеру (Гаури уже спустился, а Вальгаав, конечно же, пошёл за женой) и сказала:
— А ты останешься тут сторожить вещи.
И исчезла. Нет, она не перенеслась, просто до того резво вскочила и унеслась прочь, что Зелгадис не успел вякнуть даже словечко.
Шаман пожал плечами, поняв, что ему ничего не осталось. Он сел возле окна и уставился вдаль. Задумавшись, он и не заметил, как внизу пронеслась Амелия. А принцесса убегала от очередных маньяков, которым понравилась её фигурка. Кое-как вломившись в комнату, Амелия устало облокотилась на стену и медленно сползла на пол.
Волосы принцессы намокли и растрепались. Зел перевёл взгляд на источник шума. Но только лишь он увидел, КТО вбежал, он мгновенно выпрямился.
— А… Амелия?
— Угу, — пробормотала девушка, боязливо смотря за спину. Преследователи не забежали внутрь, а потому она облегчённо вздохнула. — Ой, а где все?
— Кто где, — немного смущённо отрапортировал Зел. Он от всей души надеялся, что Амелия не заметила его реакции на её появление.
Несколько секунд они просто молча сидели на своих «постах». Потом шаман поднял взгляд на принцессу и, поняв, что ведёт себя не совсем вежливо, подошёл к ней, на ходу сдёргивая плащ.
— Ты же вся продрогла! На!
И стал укутывать её в ткань. Амелия чувствовала себя не самым лучшим образом, а потому плохо осмысливала то, что происходило.
И как-то получилось так, что Зел её обнял. Обнаружив это обстоятельство, мечник вспыхнул, но рук не убрал.
Амелия, немного пришедшая в чувство, доверчиво прижалась к Зелгадису. Последнего охватило какое-то поэтическое настроение:
— Знаешь, Амелия…
«Парень, ты сбрендил», — сказал вдруг голос разума.
«Уже давно», — парировали эмоции и продолжили управлять действиями мага:
— … с тех пор как… Ну… В общем, я… давно хочу сказать…
«Три слова, всего три слова», — думала Лина, как раз приникшая к щели в стене.
Внезапно дверь распахнулась, сшибив «голубков», и в комнату вошла Сильфиль.
— Нет, ну как так? — убито спросила она. — Замок починят только к вечеру.
В дверном проёме появилась Лина. Лицо её было ещё грознее, чем когда Гаури утягивал лакомый кусочек с её тарелки. Грозным голосом гениальная волшебница проворковала:
— Сильфиль, подруга, выйдем на секундочку?

Глава 4. Атака.

Путешествие продолжилось уже на следующее утро. И Зел, и Амелия, будто сговорившись, делали вид, будто ничего не произошло. Лина шла мрачнее тучи, то и дело кидая злобные взгляды на Сильфиль. Сама целительница была понурой, а на все расспросы мужа только начинала всхлипывать. Зелос тихо пил негативные эмоции, а потому Филия временно была без дела.
Путь снова проходил через лес. В целом день тёк без сюрпризов (шайка отчаянных бандитов-головорезов, возглавляемая высококвалифицированном магом не в счёт), а потому все «заговорщики» ждали ночи.
С наступлением сумерек рубаки разбили лагерь, а ещё примерно через час, когда окончательно стемнело, улеглись спать.

Амелия снова разбудила Зела за два часа до рассвета. На этот раз оба остались возле костра и принялись мило, как ни в чём не бывало, болтать.
Так прошёл где-то час. Никто, кроме Гаури, всё это время не спал. Все ждали решающего момента.
В какую-то секунду повисла тишина. Уши «спящих» навострились.
«Вот оно!» — хором подумали все пятеро бодрствующих интриганов.
— Эм… Господин Зелгадис, кажется, вы что-то хотели сказать вчера в таверне.
— А… Да… Ну…Понимаешь…, — промямлил Зел. Затем, видимо, набравшись храбрости, выпалил:
— Я тебя…
Раздался свист, заглушивший последнее слово. На поляну выскочили остатки разбитой днём банды. Резво размахивая мечами, они двинулись в сторону рубак. Да, это было последнее, что они успели в этой жизни. Файрбол, запущенный Линой, не оставил от налётчиков даже горстки пепла.
— Какого хрена??? — заорала рыжеволосая ведунья. — Какого хрена они появились именно сейчас???
— «Именно сейчас», это когда? — нахмурившись, спросили Зел и Амелия.
— Именно тогда, когда… я досматривала такой чудесный сон! — Лина еле выкрутилась.
Но внимание странников привлекло то, что выжженный пустырь опять уже затягивался. Сильфиль озабоченно оглядела траву на только что повреждённом месте.
— Не нравится мне это… Не к добру…
Как бы то ни было, а пришлось идти дальше. Нельзя сказать, что это всех очень огорчило, но атмосфера всё равно была не самая радужная. Кроме того, снова собирался дождь, а Амелия и так-то уже нередко останавливалась прокашляться.
Но ничто не предвещало трудностей этого дня…

Когда рубаки уже должны были выйти к очередной деревеньке, Лина, возглавлявшая процессию, вдруг остановилась.
— Что такое?
— Мы здесь уже были, — ответила Бандитоубийца.
— Заблудились, что ли? — уточнила Амелия.
— Нет. Просто мы уже здесь были. Меньше получаса назад. Только деревья малость уплотнили свой строй.
И действительно. Возможно, это было только иллюзией, но деревья обступали путников со всех сторон.
— Fireball!!! — воскликнула Лина и, как сумашедшая, бросилась в образовавшийся просвет. Компания едва успела просочиться вслед за ней, прежде чем деревья вновь встали ровным строем. И получилось так, что Амелию, которая бежала последней, немного задело. Принцесса вскрикнула от боли, но не отстала от товарищей. Зел, который нёсся перед ней, обернулся, схватил девушку за запястье и прибавил ходу, утягивая её за собой. Через некоторое время все перешли на шаг, и Амелия получила возможность залечить ранение.
Однако же стоило им остановиться, как злосчастные деревья вновь окружили друзей. Но на этот раз простой огненный шар не помог.
А из тени постепенно стали появляться самые разнообразные насекомые. Казалось, что им просто нет конца. Вскоре отдельные точки соединились в потоки, а если кто-то пытался уничтожить эту армаду, мало того, что жуки не исчезали: их становилось только больше.
Внезапно вся эта масса стала вытягиваться ввысь, а через несколько секунд начала приобретать очертания некоего предмета. Вскоре туча образовала… богомола.
— Ну и нафиг? — гневно заорала Лина.
Между тем промежутки между жуками всё сокращались, пока богомол не стал почти монолитным.
Вдруг страшилище со всей дури шибануло по компании. Со всех сторон послышались самые разношёрстные возгласы:
— О меч холодной тёмной пустоты…
— Astral Vine!
— Flare Arrow!
— Да будет свет!.. А, ладно, чего уж там…
— Все отвернитесь!
— Филия, ты дура!
— Сам дурак!
— О тот, кто темнее сумерек, о тот…
— СИЛЬФИЛЬ, НЕ НАДО!!!
Словом, началась суматоха, сопровождаемая всеми мыслимыми и немыслимыми атаками. Богомолу же всё было ни почём. И с каждым ударом он набирался и набирался опыта, пока в один момент и вовсе не увернулся от летящей в него магической стрелы. В итоге, все восемь людей и не-совсем-людей решили атаковать одновременно. Разбежавшись во все стороны, они стали читать свои заклятия, как вдруг…
Видимо, жук, почуяв неладное, решил сделать что-нибудь ради своего спасения. Он разлетелся на сотню более мелких членистоногих, и те, в свою очередь, разбились на примерно равные группы и бросились каждый на одного из рубак.
Всё продолжалось меньше мгновения. Зелгадис уничтожил свою «порцию» раньше всех — рефлексы у него были даже более чем на высоте — и бросился наперерез противникам принцессы.
А та удивлённо посмотрела своими огромными синими глазами на приближающуюся опасность, но никак не могла сделать хотя бы что-нибудь.
Вдруг прямо перед Амелией как будто из ниоткуда появился Зел и закрыл от смертельного удара. Самого его, на удивление абсолютно всех присутствующих… пробило насквозь.
Сам воин почти ничего не почувствовал. Увидел искажённое ужасом лицо Амелии, слёзы в её глазах… Даже не услышал, когда та истошно завопила. А потом закрыл глаза и провалился в тёмную бездну.

Когда он открыл очи, первое, что он увидел — это встревоженное лицо сейрунской принцессы. Вообще, было как-то темно, а над головой Амелии виднелся деревянный потолок. Вероятно, с тех пор, как шаман отключился от этого мира, они выбрались в деревушку и спрятались (если это можно так назвать) на постоялом дворе. Время от времени, всё сотрясалось. Скорее всего, это означало, что битва ещё не утихла. Но тогда почему Амелия всё ещё здесь?
Вообще, маг сейчас очень плохо ощущал собственное тело, пусть даже и каменное, но что-то (помимо сквозной раны, конечно же) не давало ему покоя. Внезапно он понял: его голова лежала на коленях девушки, а от раны во все стороны растекалось тепло.
— Что случилось? — брякнул он первое, что пришло в голову.
— Ничего особенного… Подумаешь, Вас чуть не убило, потому что Сильфиль не смогла исцелить эту рану, да ко всему прочему повсюду стали появляться эти твари. Господин Зелгадис, зачем вы так из-за меня рисковали?
«А ты ещё не поняла?» — горько рассмеялся разум Зела, но сам он этого не произнёс.
— Ну… Просто, когда я подумал,что ты снова можешь погибнуть, как тогда, в истории с Фибриццо, мне стало… не по себе. Н-да… Знаешь, Амелия, меня уже два раза прерывали, но всё же я решил, что должен это сказать.
Комнату потряс особо сильный удар, так что Амелия едва усела опереться на руку. Лицо её застыло в четырёх сантиметрах от лица Зела.
— Я… тебя…, — прошептал Зелгадис, понимая, что лучшего момента не представится.
Вдруг дверь распахнулась и внутрь вбежала Лина.
— Амелия, мы временно их остановили, ты должна… БЛИН, ДА ЧЕГО Ж ВЫ ТАБЛИЧКУ НЕ ПОВЕСИЛИ??? Я БЫ НА ДЕСЯТЬ СЕКУНД ПОЗЖЕ ПРИШЛА!!! Ладно… В общем, раз уж так вышло, бегом к Сильфиль лечиться!
Принцесса осторожно встала и метнулась вон.
Волшебница устало осела на землю.
— Лина, — довольно спокойно, исходя из ситуации, обратился к ней шаман, садясь. — Что произошло? Только вкратце.
— После того, как ты потерял сознание, мы дезертировали. Ты бы видел, как потом этих богомолищ расшвыривала Амелия. Ладно. Итак, мы добежали-таки до деревни, благо Вальгаав тебя дотащил. Оказалось, что Сильфиль — до сих пор не могу в это поверить — не смогла бы залечить рану даже при всём желании. Всё, чем она могла помочь — это перенести часть нагрузки на другого человека. Амелия вызвалась, так что теперь пошла обрабатывать эту дырку.
— Н-но… зачем?
— А ты ещё не понял? — усмехнулась Лина, повторяя мысли химеры.
Таверна опять содрогнулась.
— Ладно, мистер Кислая Рожа, видать, эти букашки пробивают заслон, так что я побежала!

Глава 5. Повелительница Природы.

Насекомые отступили только к вечеру следующего дня. Голодные, измотанные и невыспавшиеся, рубаки устало развалились прямо на полу на террасе. И Амелия, и Зелгадис пошли на поправку. Через некоторое время, когда хозяин таверны щедро заплатил спасителям своего заведения, все дружно ушли в столовую. И только от души покушав (Лина опять едва не убила Гаури из-за последней куриной ножки, которую всё равно съела принцесса), воины стали обсуждать случившееся.
— По-моему, это как-то связано с тем, что трава и деревья отрастают сами по себе в течение всего нескольких минут, — задумчиво изрекла Филия.
— Всё возможно, — согласился второй дракон.
Сильфиль думала. Она думала всё это время, не прерываясь даже во время еды. Она уже знала, кто мог все эти безобразия учинить, но никак не могла в это поверить. Наконец, она сказала:
— Мне кажется, что всё это могла устроить только повелительница Природы — Тэнэн. Я как-то читала о ней. Это было ещё до того, как Сайрааг погиб… Но с другой стороны, в той книге было написано, что это добрая повелительница, которая не вмешивается в ход событий.
— Что ж ты сразу-то не сказала? — ликующе воскликнула Лина. — И как с этой Тэнэн связаться?
— Да, в общем-то, проще простого… — озадаченно ответила Сильфиль. — Прямо сейчас отправимся?
— Нет, конечно! — запротестовали все.

После того, как рубаки хорошенько выспались, снова поглотили гору еды и снова вздремнули, целительница очертила всю компанию кругом и зашептала:
— О, владыка поднебесных долин! О, та, чья кровь в прямом смысле течёт рекой…
— Странное заклятье, — шепнула Лина Филии. Та кивнула.
— … открой свои чертоги, пропусти сквозь Врата!

В следующее мгновение все были уже в совершенно другом месте. Вокруг летали красочные и упругие — так что они не разлетались от прикосновения — мыльные (а может и не мыльные) пузыри. Тут и там то появлялись, то исчезали, самые разнообразные пташки, абсолютно непохожие одна на другую.
Весь пейзаж выглядел как огромный луг, окружённый густым лесом. Особо заметным был своеобразный запах. Видимо, он исходил ото всех цветов разом. Но, несмотря на свою специфичность, запах не заставлял голову раскалываться на множество мелких черепков.
А ещё важной частью картины были ослепительно-белые бабочки. Они порхали буквально повсюду: на цветах, посреди травинок, в густой тени леса, в ярком сиянии слишком голубого, режущего глаз неба.
Тэнэн тоже была здесь. Это оказалась тощая — если не говорить, что скелетообразная — и низенькая женщина лет сорока на вид. У неё были изумрудно-зелёные волосы и пронзительно-синие глаза. А одета повелительница была… в шёлковый халат до пяток, подвязанный белым поясом, и пушистые тапочки.
И с её обликом ну никак не вязалась тёмная диадема с россыпью на ней кроваво-красных рубинов.
— Э… м… О, владычица! — начала Сильфиль. — Простите за то, что появились в этот неспокойный час, но…
Тэнэн не слушала. Она взмахнула руками, заставляя подняться шквал. Небо тут же заволокло тучами, прогремел гром. Но целительница всё равно продолжила:
— Эй! Смените гнев на милость! Я, чёрт побери, всё понимаю, что люди совершенно не заботятся о ваших владениях, но так было испокон веков!
Тэнэн снова совершила какой-то жест, и на этот раз в наступление пошли насекомые. Судя по опустившейся внезапно тишине, следующими были птицы. Внезапно Лина прищурилась и внимательно оглядела повелительницу
— Диадема! — меньше секунды спустя, воскликнула волшебница. — Диадема ею управляет!
И действительно: от украшения по голове тянулись голубоватые нити. Они были настолько тонкие, что, не фокусируя на них взгляд, их было невозможно заметить.
ДажеДра метнулась навстречу армии насекомых и, расшвыривая противника первыми пришедшими в голову заклятиями, пробилась к Тэнэн. Та изумлённо посмотрела стеклянными глазами на волшебницу и приготовилась нанести ответный удар.
Но не успела. Лина схватила диадему и как могла быстро перекинула её Зелосу.
«Почему всегда я?» — грустно подумал мазоку и перенёсся.
Началось странное. Гроза стихла, небо снова стало слишком голубым и ясным, насекомые расползлись кто куда. А ещё изменили своё состояние пузыри. Они стали складываться в какой-то хоровод, а потом и спираль, стекаясь к Тэнэн. Повелительница вздрогнула, когда первый пузырь лопнул, ударившись о её лоб. Через некоторое время, когда на лужайке не осталось ни единой прозрачной сферы, владычица оглядела Лину и остальных.
— Э… Вы кто? — спросила она. Рубаки переглянулись.

Объяснения продлились не больше получаса. Зелос к тому времени уже вернулся (без диадемы) и внёс свою лепту в разъяснения повелительнице, что произошло. Оказалось, что этот артефактик выдворял личность носителя (это-то и были мыльные пузыри) и захватывал контроль себе.
Тэнэн посмотрела на Землю и покачала головой.
— Ну и бардак! — пробормотала она, исправляя содеянное диадемой. — Кстати… как вас там… Зелдигас…
— Зелгадис, — мрачно поправил Зелгадис
— … вы, кажется, ищете способ возврата своего облика, не так ли? Я знаю один вариант… Правда, он хорош только в некоторых случаях, но да ладно.
Глаза химеры загорелись. А повелительница тем временем продолжила:
— В тот храм, куда вы идёте. Я отправлю туда одну книгу. Она вам пригодится, я в этом уверена.
С этими словами Тэнэн улыбнулась как-то так, что всем стало понятно, что их здесь больше никто не задерживает. Сильфиль пожала плечами и перенесла рубак на землю.

Глава 6. Горун Нова.

— Так не годится! — воскликнула Лина, расхаживая по комнате. Зела и Амелии не было, а потому заговорщики решили воспользоваться случаем. — У меня есть гениальный план, который не может не сработать!
Все удивлённо посмотрели на Лину. С того происшествия с Тэнэн прошло почти две недели. Было предпринято великое множество попыток заставить Грейвордса признаться в своих чувствах Амелии, но каждый раз что-нибудь обязательно шло не так.
Вот и сейчас. Это был уже четвёртый «гениальный план, который не может не сработать».
— Мы должны найти тут где-нибудь шайку разбойников — готова поспорить, мы пропустили хотя бы одну! — и подкупить их, чтобы они взяли в плен наших голубков. Дадим им несколько дней, а потом спасём!
— Лина, мне ужасно не хочется тебя огорчать, но неужели ты правда думаешь, что Зел с Амелией не смогут сами уничтожить разбойников?
Габриева задумалась. Этого она не учла.
— Ну, Амелию можно скинуть со счёта, ближайшие несколько дней она не сможет колдовать, а мечник из неё паршивый. А вот с Зелом всё намного сложнее… Орихалком его, что ли, начинить? И меч стыбзить?
— А может, — вмешался Зелос, — добавить ему в кофе такое вещество, которое лишит его на несколько дней магии?
— Ты знаешь такое вещество?
— Э… Вообще-то, нет, но я подумал, может вам оно известно?
Все, кроме Гаури, который, кажется, задремал, задумались. Внезапно что-то щёлкнуло в головах женской половины присутствующих…

Зелгадис ещё не знал, что ему заготовили. Когда первый противник кинулся на Зела, он тут же потянулся к рукояти меча, но…
Меч не вытаскивался. Просто застрял в ножнах.
«Что?»
Того мгновения, что он потратил на замешательство, хватило его врагам. Сзади химеру хорошенько огрели ломом. Конечно, особых повреждений это ему не нанесло, но из глаз посыпались искры. Так или иначе, а шамана сумели вырубить, хоть и не с первого раза.

«Второй раз за месяц теряю сознание», — подумал он, придя в себя, но всё ещё не открывая глаз. Запястья ломило из-за цепкой хватки кандалов, голова гудела, по всему телу растекалась неприятная слабость.
Не было и меча.
Зел попробовал открыть кандалы при помощи магии, но увы, результата не последовало. Мечник удивлённо уставился на металл, даже не заметив, как открыл глаза.
— Орихалк? — спросил он сам себя. Зелгадис никак не ожидал, что ему ответят.
— Да, орихалк.
— АМЕЛИЯ?!
— ГОСПОДИН ЗЕЛГАДИС?!
Оба отпрянули друг от друга. Впрочем, в тесной комнатушке сделать это было очень и очень непросто. А также с учётом того обстоятельства, что оба были закованы в одни и те же цепи.
Успокоившись, спутники стали думать, что же им делать. Через какое-то время стало понятно, что кандалы весьма ненадёжные.
— Эх, была бы здесь вторая моя ленточка, — с грустью заметила Амелия.
— А что в ней особого?
— У камушка на ней другая форма. Там небольшой уступчик есть, а если специальным образом ленточку обернуть, то получится простенькая отмычка. Конечно, она даже простые замки не всегда открывает, но вдруг сработает?
Зел аккуратно коснулся тайного кармашка на груди, прямо напротив сердца, и вытащил оттуда розовый клочок ткани.
Амелия, увидев своё старое украшение, чуть не потеряла дар речи, не веря, что её подарок продолжал храниться у мага всё это время. Так или иначе, а «отмычку» она смастерила. Самое удивительное, та подошла. Когда оковы упали, принцесса настолько возликовала, что от радости прижалась к сокамернику и крепко его обняла.
— Ура! Получилось! — воскликнула она. Немного остыв, принцесса поняла, что только что совершила глупость.
Щёки девушки порозовели, а взгляд уставился в пол.
— Ой… простите пожалуйста…
Внезапно снаружи раздался грохот, крики, звон и лязг скрещиваемых мечей. Буквально через минуту дверь рассекли, и внутрь ворвался Гаури.
— Ребята, бегом отсюда! У нас не так много времени!
— А где остальные? — удивились Зел и Амелия, уже приближаясь к выходу из здания.
— Дрыхнут, — фыркнул Габриев.

— ГАУР-РИ!!! — Лина была похожа на фурию. — ТЫ! РАЗРУШИЛ! ВЕСЬ! МОЙ! ГЕНИАЛЬНЫЙ! ПЛАН!!!
— Что за план? — вежливо поинтересовался Зелгадис.
— ТЕБЯ НЕ КАСАЕТСЯ! — рявкнула Лина. Хотя здесь она ошибалась. План мало того, что не не касался пару, он был на неё и направлен. — ВСЁ!!! Я УМЫВАЮ РУКИ! РАЗБИРАЙТЕСЬ САМИ!!!

До храма оставалось меньше дня пути. Все заговорщики уже в отчаянье опустили руки и даже не пытались как-то воздействовать на происходящее.
Пару часов спустя на горизонте показались руины. И совсем скоро рубаки оказались под крышей небольшого храма. Через полчаса они уже стояли у входа в центральный зал.
Меч был, подобно Экскалибуру из нашего мира, воткнут в камень.
Гаури уверенной поступью двинулся к объекту. Каждый его шаг отдавался эхом в тёмных коридорах.
Однако на полпути к заветному артефакту, мечник вдруг остановился и сказал:
— Это не Меч Света.
— Как… не Меч Света? — только и вымолвила Лина.
— Вот так, — ответил Габриев. — Не Меч Света. Не Горун Нова. Это что-то ещё.
Единственным спокойным лицом остался Зелос:
— Ну, значит не судьба.
И перенёсся сначала к оружию, а потом куда-то ещё.

Книга лежала в соседнем зале. Пока бОльшая часть компании сидела и приходила в чувство, Зел и Амелия прошмыгнули туда. Химера с трепетом коснулся фолианта, как вдруг…
Неизвестно, как, но маг вдруг стал человеком. Это оказался удивительно красивый юноша с тёмными волосами.
Точно в центре зала вдруг появилась светящаяся зелёная точка, из которой послышался раскатистый голос Тэнэн.
— Как я и говорила, — начала повелительница, — эта книга помогла тебе вернуть прежний облик. Однако это всё, что можно было сделать. Ты можешь быть человеком не больше двух с половиной часов в сутки. Демоническая и големная твои сущности будут запечатаны в синем камне у тебя в кармане. Ты можешь вызывать или, соответственно, скрывать их одним только лишь усилием воли.
После этих слов огонёк угас, оставив только крошечную точку лайтинга в пальцах Амелии.
— Знаешь, Амелия, — задумчиво сказал Зел. — Когда мы были у Тэнэн и она упомянула про эту книгу… Я поклялся себе, что скажу тебе это, как только снова обрету человеческий облик. Я тебя люблю!
— Я вас тоже, господин Зелгадис! — ответ потряс обоих. — Именем справедливости, я…
— Не надо слов, — усмехнулся из-под потолка Зелос. — Не хотите сыграть свадьбу, нэ?
У дверей, с широкими улыбками на лицах, столпились остальные.
— Но… У нас колец нет, — растерянно сказали влюблённые. — К тому же… Так просто мужем и женой не объявляются…
— Я купил два колечка в ювелирном магазине ещё в первом городе, — промурлыкал мазоку. — И к тому же, не забывайте, что я священник!

Эпилог.

Что было потом? А потом все нашли ближайшую деревню и бурно отпраздновали, едва не стерев с лица Земли ещё одну таверну.
А на следующий день рубаки вновь разошлись разными дорогами.
За много миль можно было услышать рассказы о новом страшном стихийном бедствии: бессердечном мечнике и его безрассудной спутнице.
Зелгадис решил, что в человеческом облике буде ходить только по городам, с той лишь целью, чтобы на него меньше обращали внимание.
В Сейруне крон-принцем сделался тот самый дальний родственник, а сбежавшую Амелию искать перестали, как и её сестру Грацию.

А в один вечер Зел, вернувшись в номер, где они остановились, сказал:
— Амелия, любимая, ты не поверишь, что случилось!
— Что? — удивилась та.
— Пролетел слушок, что меч Света вернулся в наш мир!